+7 (4742) 27-02-12

Безмолвные свидетели Чернобыльской катастрофы. Новые экспонаты из фондов музея

Фонды Липецкого областного краеведческого музея в настоящее время насчитывают более 300 тысяч единиц хранения. А недавно они пополнились новыми, ценными экспонатами, преданными главой Липецкой областной общественной организации инвалидов «Союз Чернобыль»Михаилом Борисовичем Барвинским.

36 лет назад в ночь на 26 апреля 1986 года на Чернобыльской атомной станции произошёл взрыв.Это была крупнейшая катастрофа в истории атомной энергетики, которая сопровождалась значительным выбросом радиоактивных веществ.В ликвидации последствий аварии приняли участиевойска химзащиты, в которых служил наш земляк – Михаил Борисович Барвинский.

М.Б. Барвинский

В 1986 году Михаил Борисович Барвинскийработал на Новолипецком комбинате. Так как в армии он был командиром роты химзащиты, то в феврале 1987года его направили в Чернобыль. Как опытный химик, Барвинскийдолжен был следить, чтобы не было переоблучения личного состава[1]. Но после получения им облучения в 18 рентген, его перевели на другую работу.

7Долгие годы Михаил Борисович хранил в домашнем архиве самое первое письмо, которое он послал своим родным после того, как определилось место его пребывания в районе Чернобыля. В этом письме он успокаивал своих близких, рассказывая о бытовых подробностях своей жизни: есть цветной телевизор (редкость по тем временам), в кинотеатре каждый день показывают фильмы, работает настоящая сауна, да и кормят хорошо[2].Единственное, о чём он не писал, так это о своей нелёгкой работе, о возникающих проблемах, которые он пытался решить.Это письмо, написанное в Чернобыле, он передал в Липецкий областной краеведческий музей.

Среди материалов, переданных Барвинским, есть и благодарность участнику ликвидации последствий аварии на ЧАЭС.

8

Благодарность участнику ликвидации последствий аварии на ЧАЭСМ.Б. Барвинскому, 1987 г. Из фондов ЛОКМ

В этом документе говорится: «Выполняя задание Советского правительства в необычайно сложной обстановке, Вы уверенно прошли испытание на мужество и стойкость, проявили высокие морально-политические и психологические качества. Глубокое понимание личной ответственности за порученное дело помогло Вам внести достойный вклад в дело ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной станции. Выражаем Вам сердечную благодарность за образцовое выполнение патриотического долга перед Родиной» [3].

Ещё один новый экспонат нашего музея – удостоверение участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС №729, которое старший лейтенант Барвинский получил 22 апреля 1987 года. В этом документе сказано, что «выполняя важную государственную задачу», он «проявил… мужество и самоотверженность» [4].

Кроме того, Михаил Борисович передал в ЛОКМ почётную грамоту«за образцовое выполнение патриотического долга перед Родиной за участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС», которой егонаградилив апреле 1987 года, и газету «Трибуна энергетика».

«Трибуна энергетика»

Газета «Трибуна энергетика» – орган парткома, объединённого профкома, комитета комсомола и администрации Управления строительства Чернобыльской АЭС, она выходила с 7 сентября 1979 года.

В номере за 14 июля 1987 года, поступившем в собрание ЛОКМ,рассказывается о буднях строителей, о передовиках производства, о поездке в Италию в составе советской делегации группы пожарных-ликвидаторов Чернобыльской аварии. В Италии советским пожарным была вручена «специальная премия за большой вклад в дело охраны окружающей среды «Золотая чайка», они побывали в разных городах страны и встретились с итальянскими пожарными[5].

9А на первой странице газеты напечатана статья под названием «В наследство от отца», в которой рассказывается необычная история. В 1986 году в редакцию газеты «Трибуна энергетика» поступило письмо на венгерском языке, но переводчика не было, и оно так и осталось непрочитанным. Тогда его авторы – семья Гец из венгерского села Балатонпакаротье, обратилась в советское посольство в Будапеште: «помогите осуществить наше искреннее желание. А хотим мы, чтобы приехала к нам на отдых какая-нибудь семья, эвакуированная из зоны Чернобыльской атомной электростанции». «Письмо советскому послу в Венгрии вмещало в себя столько добрых чувств, так сердечно высказывалось в нём желание принять у себя семью из Припяти, что… на этот раз письму «дали ход» [5].

По приглашению семьи Гец в Венгрии побывала семья Белозерцевых, работающая на Чернобыльской АЭС. После возвращения из поездки они рассказывали о «сердечной теплоте», проявленной хозяевами, о разговорах с главой семьи Гец, который «специально брал уроки русского языка у частного учителя». Иштван Гецговорил: «… Отец столько хорошего рассказывал о ваших людях. Это глубокое уважение он и мне передал в наследство» [5]. Оказывается, отец Иштвана в годы Великой Отечественной войны был мобилизован, сражался на стороне фашистской Германии и попал в советский плен. По-видимому, именно в это время он познакомился с советскими людьми, благодарную память о которых передал своему сыну.Прошли годы, и его сын Иштван на протяжении 20 дней с «сердечной теплотой» принимал в своем доме незнакомую ему советскую семью. Эта замечательная история сохранилась до наших дней благодаря статье в газете «Трибуна энергетика».

А на четвёртой странице газеты было напечатаны стихи, в том числе стихотворение нашего земляка,рядового Одесского ВСОА. Веретина – «И зацветут сады ЧАЭС».

«Не за награды и чины

Ходили мы по краю ада:

Сказала Родина: Так надо!

И мы ответили: Должны!

ЧАЭС – в истории строка,

А в нашем сердце –

Боль и память.

Гигант изранен, но воспрянет,

Чтобы работать на века» [5].

Все эти новые экспонаты, которые являются безмолвными свидетелями Чернобыльской катастрофы, можно будет увидеть на выставках в Липецком областном краеведческом музее.

Список источников:

1. Пажитных Ю. Вспомним героев Чернобыля… /Липецкие известия, №16 (1589), 21.04.2021 г.

2. Письмо М.Б. Барвинского родным от 15.02.1987 г. // ЛОКМ

3. Благодарность участнику ликвидации последствий аварии на ЧАЭСБарвинскому М.Б., 6.03.1987 г. // ЛОКМ

4.Удостоверение участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС №729, выданноеБарвинскомуМ.Б., 1987 г. // ЛОКМ

5. Трибуна энергетика, № 26 (417), 14.07.1987 г. //ЛОКМ

Старший научный сотрудник отдела фондов Красникова О.И.

Встречи с Ф.М. Достоевским в воспоминаниях П.П. Семёнова-Тян-Шанского

Далеко не все знают, что наш земляк – выдающийся учёный и общественный деятель П.П. Семёнов-Тян-Шанский был дружен с великим русским писателем Ф.М. Достоевским. Об этом свидетельствуют воспоминания Петра Петровича, в которых он описал свои встречи с Достоевским.

Встречи в С-Петербурге

В I томе Мемуаров П.П. Семёнова-Тян-Шанского «Детство и юность» Пётр Петрович рассказывал о своём знакомстве и встречах с братьями Достоевскими.

Будущий великий писатель и знаменитый путешественник познакомились в С-Петербурге. В то время Фёдор Достоевский оставил службув Петербургской инженерной команде, чтобы посвятить своюжизнь занятиям литературой, аПётр Семёнов был студентом естественного отделения Петербургского университета.Пётр снимал квартиру вместе со своим другом– будущим известным естествоиспытателем и философом-публицистом Николаем Данилевским.

1Друзья общались с молодыми учёными и начинающими поэтами и писателями, которые часто собирались у лицейского товарища Данилевского – М.В. Буташевича-Петрашевского. Пётр Петрович вспоминал: «Весь наш приятельский кружок, конечно не принимавший самого Петрашевского за сколько-нибудь серьезного и основательного человека, посещал, однако же, его по пятницам и при этом видел каждый раз, что у него появлялись все новые лица… На пятничных вечерах, кроме оживленных разговоров, в которых в особенности молодые писатели выливали свою душу, жалуясь на цензурные притеснения, в то время страшно тяготевшие над литературою, производились литературные чтения и устные рефераты по самым разнообразным научным и литературным предметам, разумеется, с тем либеральным освещением, которое недоступно было тогда печатному слову» [1].

Среди молодых писателей, посещавших по пятницам Петрашевского, был и Ф.М. Достоевский.Именно тогда состоялось знакомство П.П. Семёнова и Н.Я. Данилевского с братьями Достоевскими. Пётр Петрович впоследствии писал в своих мемуарах: «Данилевский и я познакомились с двумя Достоевскими в то время, когда Федор Михайлович сразу вошел в большую славу своим романом «Бедные люди», но уже рассорился с Белинским и Тургеневым»[1]. При этом они не были просто знакомыми, Пётр Петрович вспоминал: «Мы знали близко Достоевского в 1846-1849 годах, когда он часто приходил к нам и вёл продолжительные разговоры с Данилевским»[1].

2Какое же впечатление произвёл будущий «великий русский писатель-художник» на студента Петербургского университетаПетра Семёнова? П.П. Семёнов-Тян-Шанский не соглашался с мнением биографов того времени,«что Достоевский будто бы был очень начитанный, но необразованный человек». Напротив он считал Достоевского«образованным человеком» и упоминал о том, что«Ф.М. Достоевский знал французский и немецкий языки достаточно для того, чтобы понимать до точности все прочитанное на этих языках», в Инженерном училище «с полным успехом» изучал «высшую математику, физику, механику и технические предметы». Фёдор Михайлович много читал, «историю Карамзина знал почти наизусть», «изучая с большим интересом французских и немецких писателей, он увлекался в особенности Шиллером, Гете, Виктором Гюго, Ламартином, Беранже… перечитал много французских исторических сочинений, в том числе и историю французской революции… Во всяком случае, он был образованнее многих русских литераторов своего времени, как, например, Некрасова, Панаева, Григоровича, Плещеева и даже самого Гоголя»[1].

При этом Достоевский был близок к простому народу: крестьянам и «разночинцам-пролетариям». По мнению Петра Петровича, «особенностью высокохудожественного творчества Ф.М. Достоевского было то, что он мог изображать, притом с необыкновенной силою, только тех людей, с которыми освоился так, как будто бы влез в их кожу, проник в их душу, страдал их страданиями, радовался их радостями»[1].

У Петрашевского «Достоевский читал отрывки из своих повестей «Бедные люди» и «НеточкаНезванова» и высказывался страстно против злоупотреблений помещиками крепостным правом».Но при этом П.П. Семёнов-Тян-Шанскийутверждал, что «революционером Достоевский никогда не был и не мог быть, но, как человек чувства, мог увлекаться чувствами негодования и даже злобою при виде насилия, совершаемого над униженными и оскорбленными, что и случилось, например, когда он увидел или узнал, как был прогнан сквозь строй фельдфебель Финляндского полка. Только в минуты таких порывов Достоевский был способен выйти на площадь с красным знаменем, о чем, впрочем, почти никто из кружка Петрашевского и де помышлял»[1].

В кружке Петрашевского обсуждали свободу книгопечатания, реформу судов, освобождение крестьян. На собрании кружка Фёдор Достоевский прочитал публике запрещенное письмо Белинского к Гоголю. Вконце апреля 1849 года он был арестован и 8 месяцев провёл в Петропавловской крепости. Суд признал его«одним из важнейших преступников за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского»и приговорил к расстрелу[2]. Однако незадолго до казни петрашевцам смягчили приговор, и Ф.М. Достоевского отправили на четырехлетнюю каторгу в Омск.

П.П. Семёнов и Ф.М. Достоевский в 1849-1856 гг.

Следующая встреча П.П. Семёнова и Ф.М. Достоевского произошла только 7 лет спустя. Какие же важнейшие события произошли в жизни каждого из них за эти годы?

Достоевский с января 1850 по 1854 год отбывал каторгу «чернорабочим» в Омской крепости, затем был зачислен рядовым в 7-й линейный батальон, расквартированный в Семипалатинске.В ноябре 1855 года Фёдора Михайловича произвели в унтер-офицеры, а после долгих хлопот его знакомых – в прапорщики.

Семёнов после окончания Петербургского университета решил посвятить свою жизнь науке. Он исследовал территорию Тамбовской и Воронежской губерний и земли Войска Донского, собрал богатейший ботанический материал, на основе которого подготовил труд «Придонская флора в её отношениях к растительности Европейской России», за успешную защиту которого получил степень магистра ботаники.

3В феврале 1849 года П.П. Семёнов был принят в Императорское Русское Географическое общество, по заданию которого 2 года спустя начал заниматься переводом I тома книги Карла Риттера «Землеведение Азии».

В 1851 году он обвенчался с Верой Александровной Чулковой. Но этот счастливый брак, основанный на взаимной любви, продлился чуть больше года. Вера Александровна заболела скоротечной чахоткой и умерла. Пётр Петрович очень тяжело переживал смерть супруги.

4В своих воспоминаниях он писал: «Посвятить все свои силы каким-нибудь тяжелым, но полезным для своего отечества подвигам – вот что казалось мне единственно возможным выходом из моего непроглядного горя. Но в чем должны были выразиться эти подвиги, и на что я чувствовал себя способным? … Работы мои по Азиатской географии привели меня в течение последних лет к обстоятельному знакомству со всем тем, что было известно о внутренней Азии. Манил меня в особенности к себе самый центральный из азиатских горных хребтов – Тян-Шань, на который еще не ступала нога европейского путешественника...»[3].

Путешествие в таинственный Тянь-Шань, о котором писал Карл Риттер,Пётр Петрович считал для себя «самым заманчивым подвигом». Оно было сопряжено с серьёзным риском для жизни, но это не остановило молодого учёного. В 1856 году П.П. Семёнов отправился в экспедицию для изучения Алтая и некоторых районов Средней Азии, главной целью которой являлся Тянь-Шань.

Встречи в Семипалатинске и Барнауле

Именно во время знаменитого путешествия Семёнова и состоялись его следующие встречи с Достоевским, описанные во II томе Мемуаров П.П. Семёнова-Тян-Шанского, который так и называется «Путешествие в Тянь-Шань».

Самая первая из них произошла в Семипалатинске, где путешественник встретил «самый предупредительный прием со стороны губернатора» и его адъютанта, «блестящего армейского офицера Демчинского». Демчинский «обрадовал» гостя «деликатно устроенным сюрпризом».

5Пётр Петрович вспоминал: Демчинский «представил совершенно неожиданно у себя на квартире одетого в солдатскую шинель дорогого мне петербургского приятеля Фёдора Михайловича Достоевского, которого я увидел первым из его петербургских знакомых после его выхода из «Мёртвого дома». Достоевский наскоро рассказал мне всё, что ему пришлось пережить со времени его ссылки»[4]. Эта встреча была радостной и очень короткой, на следующий день П. Семёнов покинул Семипалатинск.

Но через некоторое время он вернулся и«дней пять имел отраду проводить целые дни с Ф.М. Достоевским». Пётр Петрович писал: «Тут только для меня окончательно выяснилось всё его нравственное и материальное положение. Несмотря на относительную свободу, которой он уже пользовался, положение было бы всё же безотрадным, если бы не светлый луч, который судьба послала ему в его сердечных отношениях к Марье Дмитриевне Исаевой, в доме и обществе которой он находил себе ежедневное прибежище и самое теплое участие»[4]. В эти дни Фёдор Михайлович рассказал ему о своих чувствах к Марии Дмитриевне, которая «была «хороший человек» в самом высоком значении этого слова»,о своём намерении вступить с ней в брак и «сообщил… все свои планы»[4]. Друзья расстались, договорившись встретиться в Барнауле, где Пётр Петрович собирался провести зиму.

6И в самом деле, в январе 1857 года Ф.М. Достоевский приехал в Барнаул к П.П. Семёнову. Пётр Петрович вспоминал: «Списавшись заранее с той, которая окончательно решилась соединить навсегда свою судьбу с его судьбой [М.Д. Исаевой], он ехал в Кузнецк с тем, чтобы устроить там свою свадьбу до наступления Великого поста. Достоевский пробыл у меня недели две в необходимых приготовлениях к своей свадьбе»[4]. В это время друзья проводили по несколько часов в день за интересными разговорами и чтением «еще не оконченных «Записок из Мёртвого дома», дополняемых устными рассказами»[4].

Эти рассказы произвели на Петра Петровича огромное «потрясающее» впечатление, впоследствии он писал: «…я живо переносился в ужасные условия жизни страдальца, вышедшего более чем когда-либо с чистой душой и просветленным умом из тяжелой борьбы… Можно сказать, что пребывание в «Мёртвом доме» сделало из талантливого Достоевского великого писателя психолога»[4]. Пётр Петрович был свидетелем приступов эпилепсии, в то время повторявшихся у Фёдора Михайловича «довольно часто»[4], знал о его тяжёлых сомнениях и проблемах,связанных с бедностью и неопределённостью будущего. Он поддерживал друга и впоследствии писал об этом так:«Я был счастлив тем, что мне первому привелось путем живого слова ободрить его своим глубоким убеждением, что в «Записках из Мёртвого дома» он уже имеет такой капитал, который обеспечит его от тяжкой нужды, а что всё остальное придет очень скоро само собой»[4].

И Фёдор Михайлович, «оживлённый надеждой на лучшее будущее»[4], уехал в Кузнецк, где состоялось его венчание с М.Д. Исаевой. Через неделю он вернулся в Барнаул с молодой женой и пасынком и ещё две недели гостил у П.П. Семёнова, а затем снова уехал в Семипалатинск.

Послесловие

После расставания с Достоевским П.П. Семёнов продолжил своё путешествие. Ему удалось проникнуть в глубь Тянь-Шаня. Он обследовал 23 горных перевала, определил высоту 50 вершин, собрал более 300 образцов горных пород, более 1000 видов растений, большую коллекцию насекомых и ископаемых моллюсков.Результаты экспедиции в Тянь-Шань имели огромное значение для географической науки. В 1906 году в связи с 50-летием путешествия в Тянь-Шань, согласно царскому указу П.П. Семёнову было дозволено впредь именоватьсяСемёновым-Тян-Шанским.

А Ф.М. Достоевский вскоре обрёл долгожданную свободу. 17 апреля 1857 года последовал Указ о возвращении ему и другим петрашевцам всех прав, в том числе прав дворянства. В августе того же года в журнале «Отечественные записки» был опубликован рассказ «Маленький герой», написанный им ещё в Петропавловской крепости. В 1859 году Фёдор Михайлович вышелв отставку по болезни и вместе с женой покинул Семипалатинск, а затем вернулся в Петербург. В письме от октября 1859 года к своему другу А.Е. Врангелю он писал: «Знакомы ли вы с Петром Петровичем Семёновым, который был у нас в Сибири, после вас, - мой превосходный знакомый. Это прекрасный человек, а прекрасных людей надо искать. Если знакомы, то передайте ему мой поклон и расскажите ему обо мне»[5].

В своих воспоминаниях Пётр Петрович Семёнов-Тян-Шанский писал, что «довольно скоро» встретил в Петербурге «при очень изменившихся… обстоятельствах» Ф.М. Достоевского, «если ещё не в довольстве, которым ему не суждено было пользоваться при своей жизни, то на пути к апогею его славы как одного из величайших художников слова»[4].

Этими словами заканчиваются воспоминания великого учёного о «великом русском писателе-художнике».

Список источников

  1. Семёнов-Тян-Шанский П.П. Мемуары. Т. 1: Детство и юность (1827-1855 гг.). - Петроград, 1917. С.196-197, 200-204.
  2. Электронный ресурс: https://www.culture.ru/persons/8159/fedor-dostoevskii
  3. Семёнов-Тян-Шанский П.П. Мемуары. Т. 1: Детство и юность (1827-1855 гг.). - Петроград, 1917. С. 239.
  4. Семёнов-Тян-Шанский П.П. Путешествие в Тянь-Шань. - М.: Географгиз, 1958.- 276 с.
  5. Электронный ресурс: http://dostoevskiy-lit.ru/dostoevskiy/pisma-dostoevskogo/dostoevskij-vrangelyu-4-oktyabrya-1859.htm

Источники изображений

  1. https://library.vladimir.ru
  2. https://avatars.mds.yandex.net
  3. https://dostoevskiyfm.ru

Зав. отделом природы Юнченко А.В.

Михаил Павлович Трунов – краткая биография

TrunovЛипецкому областному краеведческому музею уже более ста лет. Появлением на свет он обязан своему отцу-основателю Михаилу Павловичу Трунову. Благодаря бескорыстной деятельности этого удивительного человека в городе Липецке в начале ХХ века было создано общество распространения научных и практических знаний имени Петра I, городской краеведческий музей, архив и библиотека, превратившиеся впоследствии в учреждения культуры областного масштаба. По инициативе и непосредственном участии М.П.Трунова создан музей Г.В.Плеханова. Благодаря Трунову, смогли объединиться краеведы, были достигнуты успехи в культурно-просветительской работе. Михаил Павлович является первооткрывателем Гагаринской верхнепалеолитической стоянки, известной во всём мире, одним из первых исследователей истории Липских железоделательных заводов и курорта Липецкие минеральные воды.

Будучи врачом, Трунов на общественных началах занимался разносторонней краеведческой деятельностью. После революции 1917 года эта деятельность не стала соответствовать новым идеологическим установкам. В результате имя Трунова 50 лет находилось под запретом, и только в последние десятилетия исследователям стали доступны архивные материалы, хранившиеся под грифом «Секретно!».          

Михаил Павлович Трунов родился в городе Воронеже 21 октября 1867 года. Окончил классическую гимназию в родном городе, затем медицинский факультет Московского университета. Работая по специальности в Воронежской губернии, начал заниматься краеведением. В 1897 году пишет «Обзор состояния земской медицины в Задонском уезде», изучает историю края. В 1901 году становится членом Воронежской учёной архивной комиссии и занимается разборкой и научным описанием дел сенатского архива и архива Воронежского губернского правления, делает многочисленные открытия.

В 1901 году М.П.Трунов начал археологические исследования, но в 1903 пришлось прервать работу, так как вынужден был поменять место жительства и работать в Калужской губернии. В 1906 году «…за отказ освидетельствовать мобилизованных во время японской войны», а затем за участие в организации крестьянского союза и бойкот выборов в первую Государственную Думу был наказан высылкой в Туруханский край на 5 лет под надзор полиции. Благодаря хлопотам знакомых, наказание заменяют высылкой на 2 года с самостоятельным выбором места жительства. Так в 1906 году он оказался в Липецке.                                                                                                                             

Два года занимался частной практикой, лишённый права службы, с 1908 года работал врачом на винном складе и на курорте Липецкие минеральные воды. Живя в Липецке, Михаил Павлович сам продолжил активно заниматься краеведением и приобщил к этому жителей города. По его инициативе и личном участии было создано и 31 января 1909 года зарегистрировано Липецкое Петровское общество распространения научных и практических знаний имени Петра I.

Цели общества:

  •  «поднятие умственного и экономического развития населения Липецка и Липецкого уезда …               
  •  изучение местного края на основании историко-археологических, этнографических и статистических исследований».

Председателем общества был избран Липецкий городской голова Митрофан Алексеевич Клюев, а товарищем (заместителем) председателя Михаил Павлович Трунов. 24 мая обществом была открыта библиотека-читальня, в одной из комнат которой размещались первые экспонаты музея. Комплектованием фондов библиотеки и музея активно занимался Михаил Павлович, передавая в них книги из домашней библиотеки и экспонаты, а также собирая пожертвования от жителей города.

«Собирая всё важное, новое из современной культуры и разыскивая старое, мы дадим возможность последующим поколениям понять нашу жизнь, свяжем с собою культурную жизнь наших предков и наших потомков в неразрывную цепь», - писал Трунов. Приняв февральскую революцию 1917 года как «волшебную сказку», работая врачом, он по-прежнему активно занимался краеведением: в музее Петровского общества, затем заведующим Липецким народным музеем, а 7 декабря 1919 года вновь объединяет краеведов в Липецком краеведческом обществе. В 1919 году Михаил Павлович создал единый централизованный архив и до 1924 года занимал должность уполномоченного губернского архива по Липецкому уезду. Условия жизни в то время – тяжелейшие: голод, страшная дороговизна, дефицит продовольствия и промышленных товаров, неотапливаемые помещения зимой. И в этих условиях: «Я работаю одновременно по Уздравотделу и Наробразу: состою районным врачом г.Липецка, школьным врачом в четырёх школах, заведую музеем, состою уездным уполномоченным по архивному делу, заведую Липецким историческим архивом, состою председателем Липецкого общества изучения местного края …», - пишет Михаил Павлович. И не смотря на подвижнический труд на благо государства, новая власть находит к чему придраться – не то происхождение. В 1919 году был муниципализирован дом Труновых, в нём четырежды проводились обыски, дважды Трунова допрашивали. Но он продолжил работать. Организовал выставку революционного движения в России, собирал материалы о Г.В.Плеханове для создания музея Плеханова.

На Тамбовской губернской краеведческой конференции в 1924 году работу Липецкого музея под руководством М.П.Трунова охарактеризовали, как выдающуюся. Занимался Трунов и охраной памятников. В 1924 году им было сделано важное археологическое открытие уникальной верхнепалеолитической стоянки в селе Гагарино (ныне Задонский район).

В 1925 году плодотворная работа краеведа была остановлена ОГПУ. Арест навсегда лишил Михаила Павловича возможности работать в музее. Но и находясь в ссылке, он продолжал заниматься краеведением.

Возвратившись в Липецк в 1930 году, Трунов продолжил свою неутомимую деятельность по изучению края. Ему удаётся даже оформить пенсию по выслуге лет, но в это время начинаются массовые репрессии против верующих, краеведов, офицерства.

Михаила Павловича арестовали 15 февраля 1931 года. По приговору суда «Трунова Михаила Павловича… заключить в концлагерь сроком на 5 лет, с заменой высылкой в Западную Сибирь на тот же срок». По ходатайству рабочих и служащих завода «Свободный Сокол», начальника Липецкстроя Александрова, Льва Дейча, врача Рогинского, который лечил М.И.Калинина, было вынесено решение о досрочном освобождении М.П.Трунова от наказания.

Михаил Павлович вместе с семьёй переехал в посёлок Лисий Нос под Ленинградом и работал в больнице посёлка Лахта. Но даже издалека он продолжил заботиться о музее, о судьбе Древне-Успенской церкви в Липецке, переписывался с краеведами Б.П.Княжинским, В.И.Жуковым, Н.Н.Шелеховым. Коллеги также не забывали Михаила Павловича, интересовались его судьбой, всегда тепло вспоминали о нём. Через много лет после смерти Трунова Н.Н.Шелехов писал: « Это был … принципиальный, честный старый русский интеллигент; борец за просвещение обездоленного народа и заступник за него».

Жизнь Михаила Павловича оборвалась трагически 6 ноября 1942 года в больнице при станции Бабаево Вологодской области по пути в эвакуацию. И даже после смерти имя этого замечательного человека, настоящего патриота находилось под запретом. Вопрос о реабилитации краеведов поднимался неоднократно, но лишь в 1978 году дело было прекращено « За отсутствием события преступления…»

Зав. сектором дореволюционной истории Клокова З.А. 

Подвиг Владислава Титова

В конце 60-х годов прошлого века на сцене Липецкогообластного драматического театра была поставлена инсценировка повестиВ. Титова«Всем смертям назло». История создания этой книги необычна, ведь её написал человек, который стоял на грани жизни и смерти и вышел победителем.

«Всем смертям назло»

1Это было первое, частично автобиографическое, произведение нашего земляка Владислава Андреевича Титова.В своей повести он описал реальные события, произошедшие с ним лично, когда он работал на шахте «Северная» в Донбассе. В роли главного героя Сергея Петроваон показал самого себя. Именно он перенёс страшные испытания, стал Screenshot 1инвалидом в 26 лет, тяжело переживал своё ущербное положение и страдал. В какой-то момент Титову захотелось поделиться своими мыслями и изложить их на бумаге, так появилась повесть «Всем смертям назло».

Советский театральный режиссёр, актёр и драматургК.Д.Миленко, прочитав повесть в журнале, обратился к бывшему шахтёру с просьбой разрешить инсценировать это произведение. Впоследствии Миленко писал: «Узнав о моём намерении создать пьесу по повести «Всем смертям назло», Владислав Андреевич сначала категорически отверг эту затею» [1]. Однако режиссёру удалось убедить его.

Инсценировка была поставлена сначала в Липецке, а затем в Ворошиловграде (Луганске), Донецке, Кемерово, Киеве, Житомире, Борисоглебске. А сама повесть была переведена на иностранные языки.

Подвиг

2В фондах Липецкого областного краеведческого музея хранится необычноеписьмо. Оно было написано 24 октября 1972года Владиславом Титовым своим родителям – Андрею Антоновичу и Анастасии Алексеевне Титовым, а также братьям и сёстрам[2]. Письмо обращает на себя внимание своим почерком и различными «закорючками» между строк. И только узнав о судьбе его автора, понимаешь, как технически сложно было его написать. Письмо было написано шариковой ручкой, но держал её Владислав не руками, а зубами. Обе руки были ампутированы.

Владислав Андреевич – наш земляк, родился в 1934 году в деревне Калиновка Добринского района, которая ныне не существует. После окончания школы он уехал в Донбасс,закончил там горный техникум и остался работать горным мастером.

В жизни всегда есть место подвигу. Наверное, В.Титов не думал, что место подвигу найдется и в его жизни. 14 апреля 1960 года в Донбассе, в нескольких километрах от Макеевки,на шахте «Северная»произошла авария.Вагонетка, упавшая с рельсов, высекла искру из кабеля. Огонь побежал к трансформатору, что неминуемо привело бык взрыву. В это время в шахте работали люди…

Владислав бросился к щитку и обесточил его, получив при этом мощный удар электрическим током.Однако кабель продолжал гореть, тогда Титов накрыл собой горящий кабель и погасил огонь.Взрыва не произошло…

Владислав Андреевич получил тяжёлые ожоги, но выжил, он провёл в больнице несколько месяцев, перенёс несколько сложных операций. Удалось спасти обожжённую правую ногу, но врачам пришлось ампутироватьему обе руки.

Новая жизнь

3А дальше началось самое трудное – нужно было научиться жить в новых обстоятельствах. И ему удалось это сделать, несмотря на многочисленные трудности и боль. Титов научился включать и настраивать телевизор, магнитофон. И даже … писать. Сначала он пытался писать, зажав карандаш пальцами правой ноги, потом – зажав карандаш специально приспособленным протезом правой руки. Но протез не слушался, и тогда он взял карандаш в зубы. Месяцы упорных тренировок, и Владислав смог писать по 5,8,12 страниц в день.А после того, как шахтёры подарили ему печатную машинку, он стал печатать с помощью палочки, которой нажимал на клавиши. В фондах нашего музея хранится ещё один необычный предмет – палочка, с помощью которой Владислав Андреевич переставлял фигуры во время игры в шахматы.

4Перенести все тяготы ему помогла его жена – Рита, которая постоянно была рядом. Именно ей он решил посвятить рассказ, но небольшой рассказ перерос в повесть. Повесть «Всем смертям назло» впервые была опубликована в журнале «Юность» в 1967 году. Позднее режиссёр, Заслуженный артист РСФСР К.Д. Миленко в соавторстве с В.А. Титовым написал одноимённую героическую драму в трёх действиях.

В.А. Титов написал ещё несколько произведений: «Ковыль-трава степная», «Жизнь прожить», «В родной земле корням теплее», «Проходчики» и другие. Он был награждён орденами «Дружбы народов», «Знак почёта», стал Лауреатом Государственной премии УССР им. Т.Г.Шевченко, Всесоюзного литературного конкурса им. Н.А.Островского.Не стало писателя 30 апреля 1987года.

А в августе 1988 года мать героя Анастасия Алексеевна Титова передала в Липецкий областной краеведческий музей материалы своего сына [3].

Список источников:

  1. Миленко К. Всем смертям назло / журнал Театральная жизнь, № 7, 1972 г. с. 22.
  2. Письмо В.А. Титова родителям от 24.10.1972года / ЛОКМ
  3. Акт передачи на постоянное хранение № 4953 от 05.08.1988 года. / ЛОКМ

 Старший научный сотрудник отдела фондов Красникова О.И.

 

Безмен, аршин и мера

В экспозиции Липецкого областного краеведческого музея «Купцы – народ «сурьёзный»», рассказывающей о купечестве, развитии промышленного и торгового дела в нашем крае, представлены предметы, которые более ста лет назад широко использовались в торговле.В настоящее время они полностью вышли из употребления и многим нашим современникам просто незнакомы. В этой статье мы расскажемо некоторых из них.

Аршин

До конца 19 века в России практически не продавали готовую одежду, она шиласьиндивидуальнона заказ, поэтомубыла очень широко 1распространена торговля тканями. Ткани отмеряли с помощью специального инструмента, который назывался аршин. Аршин в России вошёл в употребление в 16 веке, до него использовался локоть, «равнявшийся длине руки от локтя до вытянутого среднего пальца… Однако все люди обладают разными физическими данными и возможностями. Следовательно, и расстояние от локтевого сгиба руки до кончика среднего пальца у каждого человека было индивидуальным, то и длина локтя могла колебаться от 38 до 46 см» [1].

В знаменитом энциклопедическом словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, говорится: «Аршин есть не что иное как своего рода локоть. Аршин делился на 16 вершков, локоть же равнялся 102/3 вершкам, так что аршин был равен 1,5 локтя» [2]. В настоящее время в современной метрической системе величина аршина определяется в 71,12 см. Аршином называлась не только единица измерения длины, но и мерная линейка, на которой были нанесены деления, позволяющие измерять длину в вершках (вершок – старорусская единица измерения, равная длине основной фаланги указательного пальца, равна 4,5 см).

В витрине экспозиции нашего музея «Купцы - народ «сурьёзный»» представлены два аршина – металлический и деревянный. Деревянный аршин имеет латунные вставки, благодаря которым его можно было складывать.

На территории нашего края ткани продавались в магазинах, купеческих лавках илина ярмарках.

Купеческая лавка представляла собой небольшой магазин, торговавший самым разнообразным товаром, в том числе и тканями. Развитие промышленности и сельского хозяйства привело к увеличению торговли. В Ельце, например, «в1852 году насчитывалось уже 217 торговых лавок, в которых продавали различные товары» [3].

В Липецке торговая часть города располагалась на Воронежской горе (ныне улица Советская). Писатель А.С. Толстов, посетивший курорт «Липецкие минеральные воды» в 1901 году, вспоминал: «В гору от Вознесенской площади идёт Воронежская улица. Влево от неё, перпендикулярно к ней, идёт Усманская улица. На Усманской, Воронежской улицах и Вознесенской площади сосредоточены лучшие магазины; и некоторые из них построены и обставлены на столичный манер, например, магазины Русинова, Перелыгина, Шелихова; есть специальный книжный магазин. Почти на вершине горы находится Базарная площадь…» [4].

2Ткани можно было купить не только в лавках, но и на ярмарках. Ярмарка – один из самых древних и удобных для России способов торговли. На территории нашего края общероссийское значение имела Лебедянская ярмарка, на которую в лучшие годы привозили товар более чем на 2 миллиона рублей. Эту ярмарку изобразил на своей картинехудожник П.П. Соколов, а влитературе описал И.С. Тургенев.

В Липецке в начале ХХ века проходили две постоянные годовые ярмарки: Владимирская и Успенская; в Ельце – Тихвинская и «Апосская». На ярмарках каждому товару отводилось свое место: «для «красного» товара, галантереи, железных изделий, продовольствия и т.д. Это делалось в интересах покупателя, чтобы ему было легче найти нужный товар» [5].Вот как описывал ярмарку уроженец Задонского уезда писатель Александр Иванович Эртель: «Вот длинный ряд холщёвых и рогожных навесов. Толпятся бабы со свёртками холста… Это красный ряд. Жёлтые, зелёные, алые, пестрые, малиновые, голубые платки то отливают, то приливают в просторные балаганы, где прилавок гнётся под грузом ситца, где рябит в глазах от узоров и рисунков, где до хрипоты, до яростивыбиваются краснорядцы, обольщая добротой, дешевизной и модностью своего товара…В панском ряду меньше шума и меньше яркости; там продавцы учтивые, благоприятные и скользкие, как лини, с манерами; там сукна, шелка, драп, кашемир…» [6].

Простые ткани можно было купить и на рынке. Например, в Ельце кроме торговых лавок, магазинов было несколько рынков, в том числе мужской и женский. На женском рынке продавали холст и кружево, которые отмеряли с помощью аршина.

Безмен

3На ярмарках шла торговля самым разнообразным товаром. Для взвешивания продуктов использовались весы.

В экспозиции Липецкого областного краеведческого музея «Купцы - народ «сурьёзный»» представлены коромысловые,рычажные, пружинные весы и безмены.

Слово «безмен» произошло от тюркского «batman», что означало меру веса около 10 кг, а позже так стали называть сам прибор для его определения.

Безмен – это весы, «состоящие из металлического (железного или медного) стержня, на одном конце которого находится большое утолщение, а на другом - крючок и чашка. Взвешиваемый товар кладется на эту чашку или навешивается на крючок. На стержень надета петля из проволоки. Во время взвешивания продавец держит безмен за верхнюю часть петли и передвигает её по стержню до тех пор, пока весы не придут в равновесие»[7]. Появились безмены очень давно и, скорее всего, независимо друг от друга, в разных странах.

4При взвешивании небольшого веса безмен давал погрешность,которая составляла «от ¼ до ½ фунта» [7].А при взвешивании груза свыше 20 фунтов погрешность уже составляла 5 фунтов и более. Поэтому «В своде законов Российской империи» издания 1857 года… помещено следующее: употребление обыкновенного в мелочной торговле русского безмена повсеместно запрещено, по удобности оного к обману. Разносчикам дозволяется употребление безмена, устроенного по особенному правилу 1797 года; но употребление сего безмена в лавках запрещено» [7].Однако, несмотря на неточности при взвешивании, безменом активно продолжали пользоваться и в уличной торговле, и в быту.

5В России безмены составляли неотъемлемую часть кустарного производства. Их изготовлением занимались кузнецы по всей стране. Многие мастера были известны далеко за пределами своих губерний, а их продукция пользовалась большим спросом. Простые безмены обычно выковывали из железа. Имя мастера и место изготовления на них никогда не указывалось. Изготавливали безмены  из медного сплава. 

В экспозиции Липецкого областного краеведческого музея «Купцы – народ “сурьёзный”» представлен именной медный безмен елецкого купца Григория Назарова. «Именной» безмен изготавливался на заказ, с указанием имени купца и гарантировал точность взвешивания.

В коллекции нашего музея представлены безмены с разной формой противовесов: шар, цилиндр, «лимон» и гранёный куб.

Меры

В «Толковом словаре русского языка» под редакцией Д.Н.Ушакова есть несколько толкований слова «мера»,одно из них: мера – «сосуд для измерения сыпучих тел», например, «мера овса» [8]. В экспозиции нашего музея представлены 2 меры: деревянный горец для отпуска зерна и мера для продуктов, изготовленная из медного сплава. Металлическими мерами продавали молоко, растительное масло, керосин и спиртные напитки русского производства.На территории нашего края в 19 веке в Ельце было налажено кустарное производство железных мерок-четвериков, отличающихся прочностью и красивой отделкой.

Безмен, аршин и мера уже давно вышли из употребления, но они сыграли свою важную роль в развитии торговли и экономики нашей страны. И теперь их место в музеях, как и многих других вещей когда-то нужных и полезных.

Список источников:

  1. Локоть – мера длины. Длина локтя. Измерение локтём. [Электронный ресурс] https://fb.ru/.
  2. Энциклопедический словарь, изд. Ф.А.Брокгауз, И.А. Ефрон, том 3. С.-Петербург. СемёновскаяТипо-Литография (И.А. Ефрона), 1891 г.
  3. Чекомазова В.И. Из истории елецкого купечества. Елец: МУП «Типография» г. Ельца. 2015 г.
  4. Очерк А.С. Толстова. «Лето на Липецком курорте». Москва. Типо-лит. А.В. Васильева и , Петровка, д. Обидиной. 1902 г.
  5. Чекомазова В.И. Из истории ярмарочной торговли в городе Ельце и Елецком уезде. /Труновские чтения: традиции и современность.  ЛОКМ. Липецк, 2013 г.
  6. Эртель А.И. Гарденины, их дворня, приверженцы и враги. М., 1987 г.
  7. Энциклопедический словарь, изд. Ф.А.Брокгауз, И.А. Ефрон, том 5. С.-Петербург. Семёновская Типо-Литография (И.А. Ефрона), 1891 г.
  8. Толковый словарь русского языка. Под ред. Д.Н. Ушакова, том 2. Государственное словарно-энциклопедическое издательство «Советская энциклопедия». Москва. ОГИЗ. 1934 г.

Никифорова Т.В., научный сотрудник отдела экскурсионно-выставочной работы ОБУК «ЛОКМ».